Ж и з н ь    п о л о с а т а я

Т р и    к о м е д и и    д л я    д в у х    а к т е р о в

 

П а п а р а ц ц и

 

Лето, погода прекрасная, птички поют. Мужчина, увешанный фотоаппаратами, фланирует по берегу реки в поисках жертвы. Кого-то, вдруг, и сфотографирует. А кому-то, вдруг, и улыбнется, и дружески помашет рукой. Или спрячется за дерево или за камень и оттуда сотворит кадр… Внезапно он нагибается, снимает туфлю, заглядывает внутрь нее; достает стельку и встряхивает, и снова заглядывает внутрь нее; скачет на одной ноге до ближайшей скамьи, садится, рукой прощупывает внутренность туфли. Появляется Женщина с сумочкой через плечо, в шляпке и черных очках, с огромным цветным журналом в руках, усаживается на скамье рядом с фотографом, разворачивает журнал. Внезапно погода нахмурилась, птички притихли, в небе наверху лениво заворочался гром.

Он озирается по сторонам, было встает на одной ноге, снова садится, наконец, с улыбкой обращается к женщине.

 

Фотограф. Бога ради, простите, Дама, такая нелепость… Огромная просьба: если не трудно, там камешек…

 

Женщина закрывает журнал, поворачивается и молча глядит сквозь черные очки.

 

Я просто подумал… Не будете вы так любезны – подать мне во-он тот камешек?..

 

Женщина медленно снимает черные очки и в упор, не мигая, глядит на фотографа.

 

Понимаю… Вы правы… Простите… Я сам… (Смеется.) Разумеется, сам… Я и сам преотлично управлюсь…

 

Он поднимается, скачет, подпрыгивая на одной ноге, поднимает камень, возвращается к скамейке; заколачивает гвоздь.

 

Вот… Порядок… Видите: оказалось, что проще простого… (Надевает туфлю, улыбается.) Так всегда, перед любым делом: поначалу мерещатся препятствия, сложности, но потом, когда уже все позади… (Осекается, увидев все тот же ее, обжигающий холодом, взгляд.) Простите...

 

Улыбнувшись, он пожимает плечами. Открывает фотоаппарат, перематывает пленку. Женщина, сохраняя каменное выражение лица, надевает черные очки, опять открывает журнал.

 

Двенадцать пленок за день, это тринадцатая… Жизнь такая занятная, только поспевай щелкать… Жизнь потрясающая… Жизнь разнообразная… Жизнь удивительная… Слов не хватает… Сколько их ни придумаешь – все будет мало… (Закрывает фотоаппарат.) А вы так не думаете?..

 

Она молчит. Вокруг все мрачнеет и ворчит гром. Он смотрит на небо.

 

Похоже, к дождю… Странно, утром по радио слушал прогноз: не обещали… Но, с другой стороны – обожаю сюрпризы… У меня и профессия такая: вся, можно сказать, на сюрпризах…

 

Женщина поднимается и удаляется. Он недоуменно глядит ей вослед. Впрочем, равнодушно пожимает плечами. Достает сигареты, закуривает. Расслабленно откидывается на спинку скамьи, закрывает глаза. Но, вдруг, пробуждается – опять солнышко и опять птички поют. Должно быть, заметив кого-то, прячется за скамьей, осторожно оттуда выглядывает, высовывает фотоаппарат… В ту же минуту решительным шагом возвращается Женщина.

 

Женщина (встала против него, загородив перспективу, стучит журналом по фотоаппарату). Не надо.

Фотограф (удивленно поднимается). А-а, это вы…

Женщина. Не снимайте их.

Фотограф. Почему?..

Женщина. Возможно, они не хотят. Возможно, им это не надо.

Фотограф. Не понял… С чего вы решили?

Женщина. Я знаю.

Фотограф. Как можно знать? Вы с ними знакомы?

Женщина. Догадываюсь.

Фотограф (смеется). О, это уже метафизика… Так все-таки: вы знаете или вы догадываетесь?

Женщина. Не надо смеяться.

Фотограф (смеется). А если смешно? Если вправду, действительно, на самом деле смешно?

Женщина (не понимает). Что вам смешно?

Фотограф. Так, смешно… Просто очень смешно… Бывает, что грустно, а бывает – что смешно… Сейчас как раз такой случай: смешной…

Женщина (прищурившись). Почему вам смешно сейчас?

Фотограф (смеется). Я работаю, милая дама, поймите… Творчество, можно сказать, момент истины… Врываетесь, как вихрь: кто? что? почему? с какой стати? Немного фантазии, дама: представьте, что я, вдруг, ворвался к вам в дом и все там порушил.

Женщина. А вы и ворвались. В мой дом. В мою жизнь. А вы и порушили. Все в моей жизни порушили.

Фотограф. Я?..

 

Женщина резким движением снимает с себя шляпу, черные очки.

 

Не понял…

Женщина. Не узнаете? (Со слезами на глазах медленно к нему приближается.) Смотрите внимательно. Напрягите память. Наверняка вы меня раньше видели. Возможно, конечно, забыли. Если забыли –обидно. Вдвойне обидно… А, впрочем: у вас таких нас много… Разумеется, вам на таких нас наплевать…

Фотограф (чуть отступает). Разве мы были знакомы?..

Женщина. Нет.

Фотограф. Но тогда… Может быть, объясните: в чем интрига?

 

Женщина молча глядит на него.

 

(Вдруг, поднимает руку.) Постойте, глаза… Ох, эти глаза… Где-то как будто видел уже этот взгляд, полный немого укора… обиды… тоски… Но – где?.. Но, Боже мой, где?.. Помогите мне, милая?

Женщина. Я – не милая.

Фотограф. Нет?

Женщина. Нет.

Фотограф. Хорошо. Понимаю. Не милая. Хотя, на мой тонко организованный вкус, вы основательно милы… (Заметив ее взгляд, опять пятится, поднимает кверху обе руки.) Это художник во мне, ценитель… Исключительно мнение специалиста…

 

Женщина молчит. Полными слез глазами глядит на него. Фотограф медленно отступает, поворачивается, чтобы уйти.

 

У вас настроение – я понимаю… И на меня иногда, вдруг, найдет, думаешь, хоть бы уже все вокруг провалились… Это – нормально…Не буду мешать… Пойду… Извините…

Женщина. Так и не вспомнили.

Фотограф. Что?..

Женщина. Называется – убили и не заметили.

 

И опять Фотограф пристально смотрит на Женщину, должно быть, пытаясь ее вспомнить.

 

Проклятый папарацци.

Фотограф (бормочет). Я, хоть убейте, не вспомню…

Женщина. …Хладнокровный убийца…

Фотограф. …Промелькнет образ, замерещится – тут же и исчезает…

Женщина. …Я вас презираю…

Фотограф (смеется). Честное слово, меня уже разбирает: ну, хотя бы скажите – за что?..

Женщина. Вы мне поломали жизнь, вы ему поломали жизнь…

Фотограф (смеется). Дама, но я вас не знаю…

Женщина. Вам это смешно – да?

Фотограф. Мне ваши упреки смешны – не более того… Я в жизни мухи не тронул – поверьте… Бывало, комар из меня соки посасывает – а я терплю… Терплю, потому что – живое создание… Потому что моя философия – терпение… Кажется, солванут – по-киргизски… Если Бог создал – значит, так надо, значит, пусть будет… (Смеется.) Вы меня с кем-то спутали, женщина… Дама… Ну, посмотрите же вы на меня хорошенько…

 

Женщина натурально и откровенно плюет ему в лицо.

 

За что?..

Женщина. За все! (В сердцах плюется еще и еще.)

Фотограф (утираясь платком). Есть предел, расшифруйте – за что?! Я не стану терпеть оскорблений – я, я!..

Женщина. Ну, ударь меня, сволочь, убей!.. Ну, давай же, вали меня наземь, топчи ногами, бей по ребрам, под дых, куда попадешь, добивай меня, ну!.. Мне лично теперь все равно, уже даже не больно!.. Уже все равно, потому что уже все случилось!.. О, Господи… (Плачет, роняет на пол журнал, без сил опускается на скамью, отворачивается.) Господи…

 

Молчат. Фотограф поднимает журнал, разворачивает – вдруг, оживляется. Обходит вокруг скамейки, заглядывает женщине в лицо – она отворачивается. Он снова обходит скамейку – впрочем, стоит, почесывает затылок. Осторожно кладет журнал возле нее. Озирается по сторонам, находит камень. Садится, снимает злополучную туфлю, заколачивает гвоздь.

 

Фотограф. Бывает же так: все, вроде бы, в жизни, как надо… Сплошной позитив… И на тебе, вдруг: гвоздь в подошве… Спрашивается – откуда?..

 

Она молчит. Он закуривает.

 

Их бы давно уже на помойку – не могу: подарок отца… Их еще прадед носил в конце позапрошлого века… Вечные, можно сказать, знаменитые… Хожу, мучаюсь, а что делать?..

 

Молчат. Он опять разворачивает журнал.

 

Я вас узнал… Теперь, наконец, узнал… Хотя, по правде, по прежнему не понимаю: чем вы так недовольны? Я знаю людей, они много бы дали, чтобы оказаться на вашем месте…

Женщина (с горечью). На моем месте?

Фотограф. Ну, в общем, да: дорогой иллюстрированный журнал… Несметный тираж… Прекрасного качества фотография… Вы с вашим мужем прекрасно смотритесь на фоне заходящего солнца… В меру поэтическая, в меру, по-моему, деликатная надпись: «Свидание на закате»…

Женщина (резко к нему поворачивается). Мы с моим мужем? Мы с моим мужем?? Мы с моим мужем?.................

 

 

Х у д о ж н и к и

 

Холст, мольберт, походный табурет. Художник на пленэре у реки пишет картину прекрасной Дамы. На самом деле – ужасно противной. Впрочем, о вкусах не спорят. Настроение у него прекрасное, он даже мурлычет под нос что-то такое… Прихрамывая, появляется странная Тетка в резиновых сапогах, с рюкзаком за плечами, в сером поношенном плаще и серой мужской шляпе. Опускает рюкзак на землю, снимает плащ, роняет на рюкзак; оправляет платье, смахивает с себя пылинки, поплевывает на ладонь, приподнимает шляпу, приглаживает волосы, возвращает шляпу на голову, прищурившись, внимательно вглядывается в картину. Художник увлеченно работает. Тетка покашливает, привлекая внимание.

 

Художник (наконец, отвлекается, доброжелательно улыбается). Да-да… Что-то хотите сказать?

Тетка. Хочу. (Молчит.)

Художник. Времена наступили – все понимают про все и знают, как надо. (Взгляд на картину, на Тетку.) Что-то не так, да? Я по вашим глазам вижу: что-то не так. Ну, делитесь. Ну-ну, не стесняйтесь.

Тетка. Делиться не буду. (Молчит.)

Художник (не сразу). Пора на дворе, согласитесь: праздник для дилетанта! Серый рассвет! Ренессанс наоборот! Ох, Бога ради, простите, прорвало… Больше про это ни слова… Так что вы имели – валяйте… Давайте-давайте… Но должен предупредить: говорить пока рано, портрет не окончен.

Тетка. Да и черт с ним. Плевать на портрет.

Художник (удивленно). О чем нам тогда говорить?..

Тетка. О том же.

Художник (еще больше удивился). О том же – о чем?.. Вы уверены, вы не ошиблись?..

Тетка (так же твердо и однозначно). Я не ошиблась. Если тебе интересно: я никогда не ошибаюсь.

Художник. Ну-ну… Ну, допустим… Вы так уверенно… (Опускает кисти в банку с водой). Мы разве – на ты?..

Тетка. А ты против?

Художник. Не то, чтобы против… Не знаю, не против… Ну, если вам хочется… Если удобно…

Тетка. Удобно.

Художник (заметно, смущен, пожимает плечами). Валяйте, если удобно… Что мне сказать?.. А, простите, вы кто?

Тетка (без тени улыбки). Прощаю.

Художник (с улыбкой). Мне уже любопытно: вы кто?

Тетка (прищурившись, не сразу). Тебе любопытно?

Художник. Я, то есть, пытаюсь понять…

Тетка. Ты сначала подумай, чем спрашивать: любопытно узнать или хочешь понять? Потому что разные вещи.

 

Художник растерянно молчит.

 

Лично по мне: такое понять невозможно. Узнать – еще ладно. И тоже сначала подумай: ты точно уверен, что хочешь узнать?

Художник (все больше теряясь и робея). Я не знаю…

Тетка (не сразу). Опять неконкретно: не уверен, что хочешь узнать то, что знаешь, но знать не желаешь? Не уверен, что хочешь узнать – что не знаешь, но о чем догадывался? Или ты вообще ни в чем не уверен?

Художник (уже с тревогой). Что-то случилось?..

Тетка. Случилось.

Художник. Говорите…

 

Тетка тяжело глядит из-под шляпы на портрет Дамы. Молча и тяжело.

 

(Он, слабея.) Что стряслось?..

Тетка. Скажу.

Художник. Что?..

Тетка (не сразу, маленькими глазками как будто просверливая в нем отверстие). Сам просишь, гляди.

Художник (уже одними губами). Прошу… Не молчите же…

Тетка. Твоя, так сказать, жена…

Художник (вдруг, страшно кричит). Что моя жена?!

 

Тетка удивленно глядит на него.

 

Медея! что с ней?

Тетка. А что с ней?

Художник. Говорите скорее – теракт?

Тетка. Было бы лучше.

Художник. Что может быть хуже??

Тетка. Ого!

Художник (буквально со слезами). Не понимаю, что лучше?..

Тетка. Э-э, послушайте, вы так волнуетесь – я так с тобой разговаривать не буду.

Художник. Но я же люблю!..

Тетка (впервые изобразив ухмылку на лице). Ух, ты, какое Ромео!..

Художник. Она – моя муза, мой ангел, мое вдохновение… Она для меня – вы даже представить не сможете, кто она…

Тетка (кажется, не выдерживает этого потока признаний). Мне хотя бы ты не рассказывай, кто она!

Художник. Кто?..

Тетка. Праститутка!.......................

 

 

У т о п л е н н и к

 

Ранний вечер. Мужчина с приметной косичкой на затылке бродит по берегу, ищет местечко, где бы ему утопиться. Возможно, Мужчина не сильно нетрезв. Но, возможно, и сильно взволнован. Он то присядет на берегу и потянется ногой к воде; то встанет на колени, зачерпнет в горсти и попробует на язык; а то и ляжет на живот и полощет руку в воде. Появляется Женщина. В длинном платье, с сумочкой, с зонтиком, в шляпке. Завидев мужчину, останавливается, наблюдает. Ему, впрочем, не до нее. У него идея: как бы ему утопиться… Наконец, он снимает часы и роняет, платок с шеи и тоже роняет, зажмуривает глаза, пальцами нос и с криком: «Все!» прыгает в воду. Женщина с криком: «НЕ НАДО!», торопится к утопающему, на бегу теряет сумочку, зонтик, шляпку, без размышления прыгает в воду. Они оба забавно барахтаются и кричат друг другу слова, какие и полагается кричать в подобных случаях.

 

Мужчина. Оставьте меня, я не желаю больше жить!

Женщина. Держитесь, мужчина, я вас спасу!

Мужчина. Я хочу умереть!

Женщина. Не сегодня! (Цепко хватает его за волосы.)

Мужчина. Ой-ой… Что сегодня?

Женщина. Сегодня мой день рождения!..

Мужчина. Поздравляю! А кто вы?

Женщина. Женщина!.. Человек!.. За меня не цепляйтесь!..

Мужчина. Я решился уйти!

Женщина. Печально!.. Не надо цепляться!.. Не помогаете!..

Мужчина. Невероятно!..

Женщина. Не надо цепляться, сказала, мешаете!

Мужчина. У вас день рождения, вы не придумали?

Женщина. Спасу, не придумала…

Мужчина. Но это насилие!

Женщина. Это – спасение!.. Спасти одного – спасти целый мир!.. За меня!.. Держитесь, мужчина!..

С огромным трудом Женщина вытаскивает Мужчину на сушу.

Он безвольно стоит на четвереньках.

Она на себе отжимает платье. Оба тяжело дышат.

 

Женщина. Подумать… могли утонуть…

Мужчина. Мог вообще не родиться.

Женщина. Ну, это, положим… от нас не зависит…

Мужчина. …Мог заболеть и не выжить…

Женщина. Сейчас медицина…

Мужчина. …Мог под машину, под поезд… Под нож хулигана… Наконец, на войне… Сейчас все со всеми воюют… Поскользнуться на ровном месте, больше уже не подняться… Да мало ли…

Женщина. Ну, да, от судьбы не уйдешь…

Мужчина. Быть убитым в собственном доме – тоже, скажете, судьба?

Женщина. Тихий ужас…

Мужчина. Армагеддон!..

Женщина. Такое возможно?

Мужчина. Все можно, когда все возможно!..

Женщина. Но – как?.. Я, по правде, теряюсь…

Мужчина. Подсыпать в суп яду – что, скажете, долго?

Женщина. Недолго…

Мужчина. Или в чай, или в кофе!.. Или в молочный коктейль!.. Да в ухо спящему белены – чего усложнять!..

Женщина (раздевает мокрую обувь, снимает чулки). Какое злодейство… И кто на такое способен?..

Мужчина. Да хотя бы – жена!.. Моя дорогая жена!..

Женщина (с интересом). Что, ваша жена?..

Мужчина. Мучился, искал, выбирал…

Женщина. В общем, выбрали…

Мужчина. Что?..

Женщина. Долго, сказали, выбирали. Продолжайте. (Видит, что он колеблется.) Начали – не останавливайтесь.

 

Мужчина, стоя на четвереньках, отрешенно мотает косичкой.

 

Не томите меня, наконец!

Мужчина (стучит себя по голове). Не помещается – тут…

Женщина. Да вы интриган… Мне ж любопытно… Буквально сгораю… Прыгну в реку – дождетесь… (Решительно занимает позицию на самом краешке берега). Считаю до трех: один! Два!.. Останутся двое сирот и мужчина – два с половиной!.. Мужчина – допустим, что переживет, о сиротах подумайте!..

Мужчина (тихо, едва слышно). Убийца…

Женщина. Жена?..

Мужчина (хватается руками за голову и кричит). Убийца! убийца!..

Женщина (кричит). Ваша жена?..

Мужчина. …Коварный, безжалостный!.. Без сантиментов!.. Без памяти, родственных чувств!.. Без обязательств!.. (Медленно поднимается с колен, посиневшие губы дрожат – то ли от обиды, то ли от холода.) Зверею при мысли о ней… Выть хочется…

Женщина (не сразу). Все-таки объясните: что она совершила?

Мужчина. Что?.. (Удивленно смотрит.)

Женщина. Вам – конкретно – что сделала – она??

Мужчина (еле слышно). Если бы знать…

Женщина. Не понимаю…

Мужчина. Не знаю!.. (Руками всплеснув.) Не знаю! Не знаю!..

(И повторяет.) Господи, я же не знаю… Не знаю……………..

 

За полным текстом пьесы можно обратиться по электронному адресу: matan01@rambler.ru